"Театр стал частицей моей души"

Геннадий Васильевич родился 9 октября 1946 года в послевоенном Александровске-Сахалинском. Детство прошло в старых японских бараках на два хозяина, с удобствами на улице. Жили сначала втроём: мама, он и старший брат, а потом и младшая сестрёнка появилась. Об отце он ничего не знает – мама не любила об этом говорить. Она работала медсестрой в детской поликлинике, вела общественные нагрузки, пела в хоре. Детьми в то время усердно никто не занимался – не было времени. «В садик, в школу ходили, но в основном пропадали на улице», – рассказывает Геннадий Васильевич.

– Как на улице время проводили?

– Играли. В классики – не в пять, как обычно, а по двадцать клеток с каждой стороны. В ту пору только строились двухэтажные дома, вот место было для детских фантазий и интересных игр.

Летом пропадали на море и на речке. Зимой – лыжи, те ещё, на ремешках. Сугробы были огромные, не то, что сейчас. Мы специально делали туннели в снегу: рыли яму, покрывали газетами, сверху снежком – как раз на тропинке. Ловушки, короче. Ещё дорога рядом с домом была – мы там туннели делали. Шкодили: бревно положим, сами следим, ха-ха-ха. Водитель выходил, бревно оттаскивал, ругался. А мы опять туда же. С крыш прыгали, катались.

Учился будущий режиссёр сначала в начальной школе № 5, а потом перешёл в первую школу, которая была рядышком. Успеваемость в «началке» была разная, но в старших классах он уже взялся за ум. В творческой школьной самодеятельности участвовал охотно, а ещё классе в пятом увлёкся гимнастикой – там же и первые друзья появились.

– Геннадий Васильевич, а тяга к искусству уже ощущалась с детства?

– Да, но тогда я, наверное, не придавал этому значение. По радио часто играли арии, мне нравилось подпевать, но в школьный хор я ходить не захотел. Помню, как впечатлил меня первый поход в книжный магазин. У нас в Александровске был огромный книжный магазин. Столько много книг я тогда увидел впервые. Потом, кстати, собрал свою библиотеку.

Да и театр я полюбил ещё в детстве. Сначала мы с ребятами и девчонками ставили небольшие «дворовые концерты», в основном сатирической направленности. А однажды, лет в одиннадцать, я подошёл к Людмиле Россовой – она жила в нашем бараке – за советом, чтобы оценила. Она не помогала как режиссёр, просто слушала, кивала: «Умно, умно, остро, остро». И всё. Один раз я у неё побывал – но запомнил на всю жизнь. Тогда я ещё и не знал, что её наследие станет делом и моей жизни.

В Александровске театр был профессиональный, и в нём работал отец моего друга – отвечал за звук. Нам нравилось приходить к нему, да и на спектакли мы пробирались как могли. Но это было зрелищно – до сих пор помню, как в какой-то сказке летали колдуны. Столько тогда впечатлений было.

После школы Подернев уехал поступать в Новосибирск. Но конкурс был бешеный: не добрал нужное количество баллов.

– И что дальше?

– Я не хотел возвращаться назад. Мой знакомый, Афонькин, оставил адрес своей бабушки в Ангарске. Ну вот и поехал я в Ангарск, там устроился на работу – на химкомбинат. Работа была тяжёлая, да ещё и отношение к молодёжи никудышное. В общем, на месяц меня хватило. Уговаривали остаться, но я решил уехать домой.

В Александровске всё лето Геннадий Васильевич трудился лаборантом горных машин в горном техникуме и киномехаником в местном педучилище. А летом снова уехал покорять «горные вершины» в Новосибирск – и опять на факультет биофизики.

– На этот раз поступили?

– Нет, опять не прошёл. На экзаменах надо было написать сочинение. Ну я и написал на пяти-шести листах, с двух сторон. И получил два.Помню, выхожу, а там студенческая, профессорская группа – спорят о высших материях. Хотел остаться лаборантом, а они: «У тебя же двойка. Ты чего, ненормальный? На одном листочке надо было написать, а ты на пять листов накатал, да ещё ошибок наделал».

– То есть вы упрямо хотели заниматься наукой?

– Да. Я три раза поступал в один и тот же университет, на биофизику. Мне нравилось сочетание физики и биологии, потому что увлекался научной литературой. Вообще надо сказать, что в то время были популярны такие сферы науки, как ядерная физика, космология и сочетание физики с другими науками – биологией, химией, математикой. Но у судьбы на меня были другие планы.

На этот раз Геннадий не вернулся домой, а уехал в Белоруссию к родственникам. До лета проработал при домоуправлении с детьми: занимался подготовкой концертов, спортивных игр, проводил занятия по акробатике. Принял участие в спортивной олимпиаде по гимнастике в Минске. В общем, лето провёл продуктивно, а осенью снова отправился покорять Новосибирский институт. К сожалению, пропустил экзамены – заболел. Но чтобы не терять снова год, поехал в Томск и поступил на математический факультет, отделение астрономо- геодезии.

– Это похожая профессия, куда вы хотели поступить?

– Это от биофизики далеко не лежало. Скажем так, даже близко не лежало. Но образование получить было нужно. Не могу сказать, что я прям учился как фанатик, – мне было интересно. Опять же внеучебная деятельность: концерты, КВН – это у меня получалось хорошо. Там и с будущей женой познакомился. На последнем курсе женился. На практику отправили аж на Камчатку, а когда приехал – узнал, что у меня сын родился.

Закончив университет, по распределению герой нашего интервью попал в Улан-Удэ на четыре года.По полгода пропадал в Заполярье, за Якутском, где куда ни глянь – тундра. Там коротал свободное время как мог – много читал, предлагал коллегам ставить сценки.

Но одна случайная прогулка полностью изменила его жизнь. Жена, будучи студенткой педагогического, поехала на экзамены, поэтому Геннадий Васильевич на вахту не поехал, а остался в Улан-Удэ с сыном и выполнял городские геодезические работы. Как-то прогуливался по городу – и увидел институт культуры.

– Зашли просто ради интереса?

– Да. Просто потянуло. Там как раз шла приёмная комиссия. Подал документы на режиссёра, прошёл все этапы. Зачислили меня, правда, только с одним условием: сдать сразу все специализации и клубоведение за первый курс. Я согласился, всё сдал и учился заочно.

Потом был Томск и Дворец культуры. Дали общежитие, но отношения с директором не сложились. Там же он поставил свой первый спектакль, как дипломную работу. Но не всё в жизни бывает гладко. Первый блин вышел комом.

– Как вы вышли из этой ситуации?

– Я в Улан-Удэ когда вернулся, меня ребята спрашивали, чего не договорился. А я ответил: «Я хочу узнать, способен ли я работать в этой профессии. Если нет – я уйду, и всё». Потом я всё-таки сделал всё как нужно, сдал работу и получил диплом. По семейным обстоятельствам с Томска пришлось уехать в Молдавию. Там прожил десять лет – до начала войны с Приднестровьем. Трудно сейчас предположить, как бы сложилась моя судьба и судьба моей семьи, если бы я остался в Томске, а также если бы в Молдавии не началась война. Кстати, тогда-то жена и предложила поехать в Израиль, но я сказал, что не готов, и мы возвращаемся на Сахалин.

Как отметил Геннадий Васильевич, это был самый плодотворный период его профессиональной деятельности. За время пребывания на Сахалине и работы в Александровском педучилище он поставил со студентами три полнометражных спектакля, десятки театрализованных представлений разной тематики, снял четыре документальных фильма, один из которых был посвящён 60-летнему юбилею образования педучилища.

Через семь лет накопились проблемы разного характера, и семья Подерневых приняла решение возвратиться в Молдавию, продать квартиру и поехать в Израиль.

– А как получилось, что вы вернулись на Сахалин?

– В Израиле я тоже занимался театральной деятельностью. Открыл театральную студию. Там я поставил спектакль по сказке про «Федота-стрельца», потом «Ящерицу». Но со временем почувствовал: чего-то не хватает. Понял, что Израиль – не моё. Так сложились обстоятельства – и я решил вернуться домой, на Сахалин. Всё оставил там – сам с одним чемоданом прилетел по туристической путёвке.

Но родная земля не сразу приняла своего земляка. Геннадий Васильевич столкнулся с бюрократией: год проживал без паспорта под угрозой депортации с отчего дома. Здесь его поддержала мама и написала письмо в главное управление МВД. С решением этой проблемы перед Геннадием Васильевичем открылись новые двери. 

– Как же вы попали в наш театр?

– Когда я получил паспорт, устроился воспитателем в школу-интернат и проработал там почти год. Вскоре узнал, что режиссёр Народного театра Вера Васильевна Савельева увольняется в связи с отъездом на материк.Вот так в 2008 году я официально стал режиссёром театра имени Л. Россовой. Первое время было тяжело. Мне казалось, что труппа не примет меня, так как не знает как режиссёра.

Решил набирать новый состав актёров-любителей, а со временем стал приглашать актёров из прежнего состава. Надо сказать, что актёрский состав – это живой организм, и органичное единство – довольно редкое явление. Каждый из актёров должен нести ответственность за весь коллектив и не перекладывать её на других. За 16 лет были и взлёты, и падения, но наш театр не только до сих пор существует, но и развивается. И это даже больше не моя заслуга, а всего театрального коллектива и администрации ДК.

– А в чём, на ваш взгляд, отличие любительской сцены от профессиональной?

– Тем, что в одном случае в театре участвуют актёры-профессионалы, а в другом – любители. И там и там есть свои плюсы и минусы, а процесс актёрской деятельности в подготовке спектакля – одинаков.

– Какой первый спектакль вы поставили, будучи режиссёром и мечтали ли поставить какую-то конкретную пьесу?

– «Провинциальные анекдоты» Вампилова. Потом «Чайка». Всё по Чехову.

Нет, у меня не было таких мечт. Просто по ходу находили пьесы и ставили. Я нахожу, на мой взгляд, хорошую пьесу, чтобы она отвечала таким параметрам: хорошо разошлась среди актёров, была интересна, не сложна по оформлению (чтобы можно было выехать на гастроли). И ещё много чего. Так что выпуск каждого спектакля – это сдача экзамена перед самим собой и перед зрителями, а зритель – самый точный экзаменатор. 

– А сколько всего спектаклей вы поставили за время работы в театре?

– Ну, это надо посчитать. Дело в том, что мы же ещё, помимо того, когда горела крыша нашего Дома культуры, мы два года в Доме народного творчества были. Там же родилась литературная студия «Строка». Мы ставили литературные композиции, посвящённые поэтам Серебряного века: Блоку, Ахматовой, Цветаевой.

– Вы никогда не жалели, что связали свою жизнь с театром?

– Нет. С того момента, как я получил диплом, я никогда не предавал театр. Где бы я ни был – в Молдавии, в Израиле, – театр стал частицей моей души.

– Если бы вы могли дать совет самому себе двадцатилетнему, что бы вы сказали?

– Я бы прожил так же, как и жил. Ничего бы не менял. И самое главное, что бы я посоветовал всем: идите на ту профессию, без которой вы жить не можете. Особенно молодые люди, выбирайте то, к чему у вас лежит душа. Тогда и огонёк внутри будет гореть, не потухая всю жизнь.

– А главная ценность в жизни для вас сейчас какая?

– Не предавать других, но и не предавать себя. Это самое главное. Каждый сам отвечает за решения в своей жизни. Да, порой бывает, что даже близкие люди не хотят принимать тебя такого, какой ты есть. Но нельзя же вечно жить в угоду другим. Так можно и смысл собственной жизни потерять, и стать просто тенью. В общем, мы сами несём ответственность за свои решения, поступки и за то, как прожили свою жизнь.

– Что бы вы хотели пожелать актёрам своим в честь юбилея?

– Я всегда желаю своей труппе только самого лучшего. Да, театральный коллектив – дело непростое, но нужно учиться искать компромиссы и взаимопонимание. Уважать классический подход, но и не забывать идти в ногу со временем, привлекая молодую зрительскую аудиторию. А ещё хочу, чтобы от перевоплощения в роль, от каждого выступления на сцене они чувствовали огонь внутри и удовлетворение.

– А зрителям?

– Наши зрители... Я их обожаю. Только ради них мы и трудимся, не жалея ни времени, ни сил. Чтобы в душе каждого зрителя что-то осталось, когда он покидает Дом культуры. Ни один спектакль, который мы поставили, не обходился без аплодисментов и оваций. Мы отдаём им свою энергию, а в ответ получаем заряд от них. Это стимулирует работать дальше.

– И последний вопрос: в чём, по-вашему, секрет вашего долголетия и творческой энергии?

– В том, что я живу легко. Стараюсь не накручивать себя, не переживать: кто там, что сказал, что подумал. Я в жизни много всяких ситуаций прожил и никогда не унывал. А ещё активным нужно быть и любить этот мир. Каким бы суровым он ни казался. Посмотрите, какая у нас на Дальнем Востоке природа. Люблю её. Всегда в моей жизни был спорт, пусть с возрастом не такой активный, но всё равно на месте не сидел никогда: зарядка, лыжи, купания, закаливания. Секрет творческой энергии, наверное, в том, чтобы делать всё с душой. Нашёл то, что тебе нравится, и вкладываешься туда с интересом. Не всегда будет всё гладко да сладко, но через опыт мы растём и развиваемся.

Геннадий Васильевич Подернев – режиссёр любительского драматического театра имени Людмилы Россовой в Александровск-Сахалинском ЦРДК. В 2026 году ему исполнилось 80 лет. Поздравляем маэстро, желаем здоровья, благополучия и ждём новых творческих побед.

Инна ВОЛГИНА